Воспитание в семье ребёнка

Как мы становимся первыми людьми в жизни ребенка

Знаете, иногда ловишь себя на мысли, что дети — это такие маленькие инопланетяне. Они приходят в наш мир, который кажется нам таким понятным и упорядоченным, и начинают жить в нем по своим законам. И первое место, где они пробуют этот мир на вкус, на ощупь, на прочность — это семья.

Семья в этом смысле — штука уникальная. Это вообще первый в жизни человека «круг общения», первая группа, куда он попадает автоматически, даже палец о палец не ударив для этого. И отношения в этой группе — как увеличительное стекло. Ребенок не слышит, что мы ему говорим про доброту или честность, он видит, как мы разговариваем с курьером или делим последний кусок пирога. Впитывает не слова, а атмосферу.

Бывает по-разному. В одних семьях правила жесткие, как рельсы: сел — ешь, сказали «спать» — значит, спишь. Это модель, которую психологи называют авторитарной. В ней ребенок часто вырастает удобным, предсказуемым, но внутри него словно выключают какой-то важный тумблер — тумблер собственного «хочу». Он привыкает, что его желания не важны, важна только дисциплина. А бывает полная противоположность — ребенок становится центром вселенной, вокруг которого вращаются планеты-родители. И тогда вырастает маленький король, который искренне не понимает, почему в школе с ним не носятся так же, как дома.

Где же та самая золотая середина? Наверное, там, где есть доверие. Это вообще штука хрупкая. Доверие — это когда ребенок знает, что может прийти к тебе с любой ерундой, с разбитой коленкой или с тайной, и ты не будешь смеяться, не будешь читать лекцию, а просто примешь. Это та база, на которой потом держится всё остальное. Потому что если этой базы нет, если контакт потерян в детстве, то в подростковом возрасте достучаться будет уже почти невозможно — стены возведены, ворота закрыты.

И вот тут возникает важный момент про инициативу. Дети — прирожденные исследователи. Им жизненно необходимо все трогать, ломать, разбирать и задавать вопросы. И как часто мы, взрослые, в силу усталости или занятости, гасим эти порывы на корню: «Не лезь», «Не трогай», «У тебя все равно не получится, дай я сделаю сам». И вроде бы хотим как лучше — побыстрее, поаккуратнее. Но в этот момент мы невольно посылаем ребенку сигнал: «Твои идеи — ерунда, ты не справишься».

А ведь игра для ребенка — это не просто баловство, это работа его души и ума. Когда он строит город из подушек или придумывает разговор двух игрушечных зайцев, он учится мыслить объемно, искать связи, решать конфликты. И наша задача, по сути, простая — не мешать. Подложить нужные материалы, подстраховать, если падает, и искренне удивиться тому, какой необычный получился замок. Дать возможность набить свои шишки, решить свою детскую проблему (даже если она кажется нам смешной — например, как помирить поссорившихся мишек). Именно из этой мелочи постепенно складывается характер человека, который верит в себя.